СообществоFashionBeauty-LabКультураLuxury TV Журнал
Главная   >   Культура   >   Esse Homo!
Письма из прошлого
Интервью с Октаем Мир-Гасымом
Просмотрено:2493

«Есть на земле человек, вся жизнь которого, все помыслы и желания связаны с тобой», – в этом признании, написанном много лет назад 22-летней Наилей Насировой, есть, пожалуй, некоторая жертвенность. Но тот, кому выпало необыкновенное счастье любить, сможет понять всю глубину, весь необъятный мир такого откровения, имеющего конкретный адресат – Октай Мир-Касимов (Мир-Казым), в то время еще неизвестный, но подающий надежды молодой человек, которого сегодня по праву считают классиком азербайджанского кинематографа.

Судьбою им было уготовано высшее счастье – идти по жизни рука об руку, пронеся через многие жизненные испытания свою любовь, которая во все времена и во всех ситуациях помогала выстоять, выдержать, сохранить веру в лучшее завтра. О любви говорят много и разное. Но когда об этом необъятном чувстве размышляют те, кому выпало счастье любить и быть любимым, их мнение, поверьте, достойно самого глубокого внимания.

О ЛЮБВИ

Октай: Любовь - категория вечных вопросов, на которые может последовать целый океан самых разнообразных и противоречащих друг другу ответов. Поддается ли анализу такое загадочное чувство, как любовь? Возможна ли его точная формулировка? Думаю, нет. Безусловно, нет. Хотя бы потому, что сколько людей на свете, столько и вариантов ответа. Надеюсь, что я сносно, а может быть даже, достаточно хорошо чувствую эту материю, но не возьму на себя смелость безапелляционно отвечать на этот вопрос.

У нас не принято открыто говорить о чувствах по отношению к любимой женщине, даже если Он и Она уже связаны узами законного брака. Взаимоотношения супругов – предмет, находящийся «за занавесью». Не случайно в азербайджанском языке слово «pərdə» (занавес) широко употребляется в переносном значении. Но я уверен, что семья, созданная на основе чистой любви, формирует верность, преданность, чувство локтя, уважение к морали и Кодексу Чести. И это неоценимо.

Наиля: Можно ли пересказать музыку словами, или поэзию – прозой? А разве любовь – это не музыка души? Разве можно переложить на слова особый сердечный трепет, вызванный этим великим чувством? Настоящая любовь? Это сама жизнь, это дорогие сердцу люди, родина, красота природы, твоя профессия – все, что составляя твою суть, радует, волнует, вызывает желание быть в этом мире.

Я 40 лет преподавала в вузе предмет «Мировая литература», стараясь раскрыть перед молодым поколением не только всю красоту искусства слова, но и научить их чувствовать, сопереживать героям великих творений человечества, сделать шаг на пути познания великой мудрости жизни с ее вечными противопоставлениями.

НАЧАЛО

Октай: Наиля – главная составляющая моей жизни. «Моя жена – моя жизнь»… Такое определение может показаться лозунгом с налетом патетичности, но я гарантирую полную искренность и ответственность за произнесенные слова. Наша первая мимолетная встреча произошла в Баку, на знаменитой Торговой улице, где нас представили друг другу общие знакомые. А через несколько дней я улетел в Москву. Меня эта встреча пронзила. Когда, спустя несколько лет после женитьбы мы вспоминали зарождение наших чувств, Наиля утверждала, что ей не понравилась моя вальяжность. Видимо, в этот момент я пытался скрыть свои чувства, но получилось все как-то неестественно.

Наиля: Многие судьбоносные встречи в Баку 60-х годов происходили на Торговой, где мы и встретились впервые с Октаем, которого мне представила моя подруга. В руках у него был кулечек с жареными каштанами. Про себя я отметила: «вгиковец» (подруга успела шепнуть, что молодой человек учится в Москве на режиссера) идет по улице и ест каштаны?!

Спустя два месяца я с братом, сестрой и все той же подругой летим в Москву на зимние каникулы. В московском аэропорту Октай встречает кого-то из своих знакомых. Узнав, что у нас забронирован номер в гостинице «Украина», он обещает быть нашим гидом. Такая перспектива, признаюсь, меня не очень порадовала, так как у нас уже была продумана определенная программа. Наутро пошли завтракать, а он уже нас поджидает! Я до сих пор не могу понять, как ему удалось нас так «закрутить», ввергнув в водоворот ярких впечатлений столичной жизни с ее многочисленными концертами, выставками, музеями, бесценными памятниками архитектуры. 

Помнится, пошли мы с Октаем вдвоем в Пушкинский музей, где проходила выставка работ импрессионистов. «Мне очень нравится картина «Голубые танцовщицы» Дега», – сказал он, подведя меня к этому шедевру поближе. А когда мы очнулись и посмотрели на часы, поняли, что время не властно над нами, потому что нас так многое объединяет и прежде всего духовность, безмерная любовь к искусству».

ПЕРЕСЕЧЕНИЯ

Октай: Когда-то существовал военный термин «блиц-криг» («молниеносная война») – именно так молниеносно, но, к счастью, мирно развивались и наши отношения. С точки зрения церемоний все происходило нетрадиционно. Я попросил свою будущую жену, чтобы она пришла со мной к моей маме на чашку чая. Наиля была смущена, не произнесла почти ни слова. Я же пребывал в чудовищном волнении. Всевышний не допустил трагедии: через короткое время мама поймала мой взгляд и едва заметно кивнула. Мой выбор был одобрен, и я думаю, что это было весьма гармонично с точки зрения Судьбы. Потом уже особых вопросов не было. Родители Наили беспокоились очень короткое время, но когда познакомились с моей семьей, были очень рады: оказалось немало приятных пересечений. 

Наиля: Моя история с Октаем построена на удивительных «завязках». Пересекалось многое: пути, фамилии, родственники. На первых порах я знала только то, что его зовут Октай, но даже не предполагала, что он сын знаменитого хирурга, именем которого названа улица, где я жила в то время. Я не знала, что отец Октая, Мир-Асадулла бек, оперировал мою маму, когда ей было 17 лет, а позже преподавал моим родителям в мединституте. Позже выяснилось, что мой отец во время войны, возглавляя один из госпиталей, познакомился и подружился со старшим братом Октая. Но тогда в Москве я всего этого еще не знала…

10 московских дней пролетели незаметно. Неожиданно для всех нас Октай пришел в аэропорт с сумкой и билетом. «Мне надо поговорить с мамой», - коротко сказал он, ничего не объясняя. Летели молча. Как показало время, в нашей истории любви всегда было больше молчания, музыки и писем.

На следующий день по настоятельной просьбе Октая мы встретились. «У меня к тебе очень важный разговор, - взволнованно сказал он. - Постарайся понять. Я тяжелый человек, у меня сложный характер, все пропускаю через сердце. В силу своей профессии буду часто отсутствовать, вокруг меня всегда будет много разных людей. Со мной будет трудно, но я никогда никого не любил так, как тебя». Надо ли говорить, какие чувства я испытывала в тот момент!

Потом Октай познакомил меня со своей мамой - Джейран ханум - достойнейшим человеком, которая во многом стала для меня образцом истинного женского предназначения. Через три дня состоялась наша помолвка, и Октай улетел в Москву на экзаменационную сессию. А 27 августа 1966 года мы поженились.

ПИСЬМА

Октай: Была ли наша встреча с Наилей случайной, или она предопределена свыше - размышлять на столь сокровенные темы мне не хотелось бы. Нам с Наилей пришлось пройти испытание расстоянием, преодолеть которое помогали письма. Наиля находилась в Баку, а я учился в Москве. Мостом, по которому двигались наши чувства, была почта. Мы написали друг другу огромное количество писем.

В общежитии, где я жил, обучаясь во ВГИКе, принесенные почтальоном письма раскладывались по алфавитным ячейкам. У нас с Виктором Мережко (ныне прославленным российским драматургом) была договоренность приносить друг другу письма, поскольку наши фамилии начинались с одной буквы. В основном «работал» он. «Сам жду письмо уже неделю, а тебе – по три в день!» - с наигранной завистью в голосе говорил Виктор, принося адресованные мне письма.

Наиля: Мне очень дороги эти пожелтевшие от времени письма, хранящие историю наших чувств. В них – наша молодость, наши надежды, наши откровения. Время от времени, перечитывая их, я не перестаю удивляться тому, что их содержание остается созвучным и моему настоящему состоянию души. Приведу несколько выдержек из писем, написанных мною: «Пусть есть в жизни слезы, разлуки, расстояния и все такое прочее, но все равно жизнь – замечательная вещь!». «Если бы ты знал, как я люблю твои письма, твои смешные буквы и кружочки над Ё». «Когда я начинаю думать о тебе, самолете, аэродроме, «не улетай», то ком в горле предательски рычит и растворяется в глазах, превращаясь в спасительные слезы…». 

Возьму на себя смелость и процитирую отрывки из писем Октая: «Эх, Наиля, Наиля! Где же ты, а? Никак без тебя не могу!». «То ли здесь противно, то ли без тебя невозможно». «Может быть, тебе послать лист белой бумаги, потому что то, что я смогу написать – это все равно, что чистый лист по сравнению с тем, что я хочу сказать».

ОТКРОВЕНИЯ

Октай: Посвящение любви? Наиле посвящена вся моя жизнь, а это гораздо выше, чем «Моей любимой супруге Наиличке посвящается». В результате фантазий и ассоциаций автора его творения не могут быть свободными от жизненного опыта и чувств, которые он когда-то переживал. В сюжете могут найти отражение личные впечатления, но копировать невозможно. Мною написаны литературные произведения памяти безвременно ушедшего брата, фильм «Колдун» посвящен отцу. Было несколько фильмов и с любовной линией: переживания и восторг, разочарования и потери – все эти впечатления и ощущения черпались не из других же фильмов! Но делать из биографии сюжет для меня неприемлемо.

Со времени начала нашей с Наилей истории прошли десятилетия… Сегодня, безусловно, больше, чем когда-либо, могу смело говорить о том, что ее роль моей Спутницы в жизни невозможно измерить и охарактеризовать никакими, даже самыми превосходными, степенями. Это искренне. Она – моя защита от депрессий, отчаяния, упадка сил, гнева, агрессивности. Она – мой лагерь (в прямом и переносном смысле). Если бы, не дай Бог, не было Наили рядом… Страшно сказать. И еще - она такой миротворец! Всегда мирила меня и с друзьями, и с родственниками. Благодаря ее урокам я научился прощать людей. Но не всех: касательно, самых отъявленных негодяев даже ее миротворческий талант «не тянет»…

Наиля: Бескомпромиссный, боец по натуре, который никогда не ищет легких путей, говорит правду в лицо и поэтому многим неудобен – таков сложившийся образ Октая, который часто напоминает мне то Робин Гуда, то Дон Кихота. Его жизненная и гражданская позиции находят отражение в его творчестве. Так, главный герой фильма «Хочу понять» – честный, умный и волевой молодой человек, который в поисках правды отказывается от «блестящего» будущего, обещанного ему не совсем порядочным профессором. А журналист из «Чертика под лобовым стеклом» и герой фильма «Колдун» теряют все в борьбе за справедливость и порядочность. Но герои Октая при любых обстоятельствах не утрачивают своей независимости и веры в победу справедливости. Такова и героиня фильма «Привет тебе, мой ангел», главную роль в котором исполнила наша дочь Аян. Октаем снято 40 документальных и 8 художественных фильмов. Многие из его работ отмечены престижными наградами, и я, возможно, как никто другой, знаю, сколько труда и здоровья вложено им в творчество.

О ЖИЗНИ

Октай: Все наши годы были прожиты трудами, борьбой, нелегким выбором, потому что надо было побеждать, стараясь не уронить достоинство и сохранить лицо в профессии - оставаться всегда и во всех ситуациях самим собой. Жизнь - несладкая вещь, она наполнена различными видами сопротивления. С годами многое и многих прощаешь, но не сотрешь ведь след в памяти. 

В настоящее время я работаю над фильмом «Умереть отмщенным. Письма из прошлого». Сюжет фильма построен на таком феномене: главный герой – человек, который с юности и до глубокой старости прожил с мечтой об отмщении. Но в последний момент, перед лицом смерти, он пишет письмо, в котором прощает всех. Такое решение – парадокс, но прекрасный парадокс.

С кого писал этот сценарий? Не знаю. В моей жизни бывали случаи, когда жесточайшая обида неожиданно проходила, и в этот момент я испытывал очищение. Покаяние, также как прощение – одно из украшений Жизни. Знаю многих, кто говорит: «Главное для меня в жизни – творчество». Я же люблю саму Жизнь, а творчество, как попытка отразить жизнь, – так, легкое дополнение. «Оригинал» непревзойден! 

Когда ты прожил солидный отрезок времени, на многое начинаешь смотреть иными глазами. Вопрос о том, в чем смысл жизни, сам по себе бессмысленный и знаете почему? Он греховен, его не должно быть. Когда я смотрю на старые фотографии, на которых запечатлены мои родичи (большинства из них уже нет в этом мире), то с особым, непередаваемым чувством думаю о своих детях и внуках. Связь времен, наша память - это высшее Божественное проявление, дарующее нам осознание себя в этом безграничном мире!

Текст: Рая Аббасова
Фото: Мамука Кикалишвили